Михаил Даринов, проект Duckit
Наш бренд на рынке пятый год. Мы успели пережить пандемию, выйти на ритейл и диверсифицировать наши доходы. То, что мы поставляем нашу утку в «Азбуку вкуса», «Тануки», «Кухню на районе», «Перекрёсток» и «Теремок», сейчас помогает держаться на плаву.
После 24 февраля мы заметили небольшой спад выручки — 10-15%. Архитектура трат изменилась, все стали покупать необходимые вещи — одежду, айфоны, телевизоры. Сейчас ситуация уже приходит в норму.
Хуже всего то, что ресторанный бизнес очень сильно зависит от продуктов. Люди и IT-обеспечение у нас есть, а вот с продуктами проблемы. Растут цены на всё — от муки и сахара до каких-нибудь китайских соусов. Не только из-за ситуации в целом, но и из-за спекуляций поставщиков.
Пока риски оценивать сложно — никто не знает, что будет завтра. Сейчас петля накинута, но непонятно, когда она затянется. Мне кажется, ближе к лету мы можем столкнуться с нехваткой каких-то продуктов. Как и все, мы в ближайшем будущем поднимем цены — уже подняли на часть позиций.
Есть и новые возможности. Ушли многие иностранные бренды — одни вернутся, а другие нет. Деньги в стране останутся и должны будут работать — вопрос, в какой сфере.
Освобождаются ниши, которые нужно занимать быстро, пока этого не сделали другие. Мы уже занялись производством соусов, которые раньше покупали в Китае. Например, соус хойсин, которым дополняем нашу утку, уже делаем в России.
Андрей Колбасинов, чайная «Нитка»
Дела у чайной в порядке. Есть снижение трафика, но у нас были заложены резервы на межсезонье, поэтому денег хватает. Вся команда остаётся в России. Сохраниться в полном составе сейчас — одна из главных задач.
У нас есть оптовое направление, продажи для кофеен и ресторанов. Мы зафиксировали цены на чай до конца апреля. Убытки, связанные с изменением курса, пока закрываем за свой счёт — я считаю, что мы должны хотя бы в своей части поддержать своих партнёров и сохранить их маржинальность.
Два основных риска — валютный и падение потребительской активности. Оба уже осуществились. 70% чая мы закупаем за валюту, есть убытки. Паникующие потребители тоже «отвалились» от рынка, но это я расцениваю как кратковременную флуктуацию. Первые более или менее понятные прогнозы можно будет делать в конце апреля — пока мы просто занимаем выжидательную позицию.
Заёмные деньги подорожали, но при этом есть другая сторона — часть инвесторов уже начинают фиксировать прибыль в рублях, образуется достаточно большой объём свободного рублёвого капитала, который будет искать место для приложения. Думаю, предложение инвестиций будет нарастать к концу года.
В итоге, мы имеем большое количество свободного капитала, освободившиеся ниши, более сговорчивых арендодателей, снижение дефицита сотрудников на рынке труда. Как правило, эти факторы с лихвой перевешивают возможные кризисные риски. «Нитка» уже ищет инвесторов для открытия новых розничных точек.
В целом, я настроен оптимистично. Ближайшие два-три года будут сложными, но интересными.
Дарья Сонькина, кафе «Овсянки», производство соусов «Банч», компания «Дашины пирожки»
Так получилось, что вся ситуация совпала с запуском нашей продукции в «Самокате». Неудачный момент. Продукт новый и довольно дорогой, а люди сейчас не настроены покупать новое и дорогое — они следуют привычным паттернам, экономят, стараются понять, как им вообще жить в новом мире. Я уже не говорю о том, что первый заказ из «Самоката» пришёл 24 февраля. Цены, которые мы согласовали в августе, были ещё нормальными 23 февраля, а 24-го в момент стали совершенно неадекватными.
Основное изменение в том, что если раньше мы планировали глобально — на год, полгода, на месяц, — то сейчас мы эти планы перечеркнули. Мы переориентировались и поняли, что если, условно, продадим 50 тематических наборов на 8 марта, а не 100, а как планировали, то будет хорошо.
Стала очень важна коммуникация. Она всегда была важна, но теперь нельзя просто написать пост «Заходите к нам есть чудесные вафли». Ты думаешь, насколько это будет уместно, как сформулировать и оформить. Мы движемся микрошагами — на каждом просчитываем риски и возможности.
Сейчас мы работаем с компаниями, у которых отсрочка платежа, скажем, 40 дней. Есть риск, что деньги, которые мы ждём, превратятся в труху. Все говорят, что у предпринимателей наконец появились неограниченные возможности, раз иностранные производители уходят. Это звучит как бред: дело не только в том, что производители уйдут, а в том, что для того, чтобы занять их нишу, нужно иметь продукт и мощности — не маленького цеха, как у нас, а большого завода. С одной стороны, не стоит недооценивать имеющихся игроков на рынке с большими заводами, которые с готовностью займут эти ниши. С другой, я надеюсь, что мы уже экономически и социально дошли до ситуации, когда людям важно покупать не только масс-маркет бренды, но и более нишевые.
Кризис хорошо показывает, кто на что способен и как мыслит. Я для себя поняла, что готова продолжать строить бизнес, бороться за него и работать в тех условиях, которые есть. При этом я понимаю тех, кто говорит: у нас всё настолько завязано на импорте сырья, которое подорожало, что мы закрываемся. Вполне возможно, они чувствуют облегчение от того, что больше не придётся переживать все эти кризисы и срочно искать какие-то решения.
Подкасты
Александра Рудко, студия подкастов «Богема» (подкасты «Шире чек», «re-feel podcast», «Богема и маркетинг»)
Вся команда, кажется, в шоке, но мы продолжаем работать: если сейчас остановим все процессы, то потом студия будет долго выкарабкиваться.
Многие наши подкасты были на перезапусках, готовились ко вторым сезонам. Некоторые должны были выходить в марте. Где-то поменялись даты, где-то — набор тем. Мы начинаем с того, что сейчас актуальнее всего. Например, в подкасте «Шире чек» дали рекомендации предпринимателям — рассказали, этично ли продавать в кризис и как вообще сейчас вести себя владельцам бизнеса. Для «re-feel podcast» подготовили большой выпуск о том, как мозг справляется в тревожностью и стрессом, а в подкасте «Богема и маркетинг» поговорили о том, как справляемся сами и какие чувства испытываем.
В работе с партнёрами, конечно, сначала был ступор. Но потом все среагировали быстро — решили, что подкасты нельзя ставить на «стоп», нужно продолжать делать. В отсутствие рекламы в Instagram* и на YouTube подкасты — ещё одна крутая медиаплощадка, которая позволяет бизнесам, блоггерам и экспертам коммуницировать со своей аудиторией. Те, с кем мы работаем, видят в ней ещё одну возможность поддержать слушателей. Кроме того, подкасты — своего рода творчество. Оно останется при любых раскладах.
Одежда
Юлия Терентьева, бренд детской одежды Loloclo
Как и все производители в России, мы зависим от колебаний рубля. Мы закупаем сырьё за рубежом: это вынуждает нас уже сейчас повышать цены даже на изделия, которые уже произведены, чтобы иметь возможность купить ткани на следующий сезон.
Мы стали ещё более ответственно планировать любые затраты. Значительно изменился горизонт планирования — сейчас это буквально несколько дней.
Риски очевидны — покупательская способность падает, а себестоимость производства растёт. Возможно, мы в немного более выгодной ситуации, нежели, например, производители взрослой одежды, потому что дети растут и их гардероб требует постоянной замены. Уход с рынка зарубежных марок тоже даёт нам некоторую фору для развития и наращивания клиентской базы.
Мы всё ещё небольшая компания, а значит, можем реагировать на текущие вызовы быстрее и гибче, чем наши конкуренты, в том числе внутренние. Стараемся смотреть вперёд с оптимизмом.
Дмитрий Поличко,бутик-ателье по премиальному пошиву мужской одежды Zoletto
Мы наблюдаем спад продаж: большинство клиентов говорят, что из-за нестабильности ситуации будут готовы вернуться к обсуждению наших услуг через какое-то время.
Большая часть производств, с которыми мы работаем, находится в Европе. Из-за роста курса валют у нас существенно выросла себестоимость. Мы снизили свою маржинальность и сделали надбавку на стоимость изделий для клиентов. Это помогло найти некий баланс, который позволяет оставить новые цены близко к тем, которые были ранее, и не уходить в космические умножения.
Мы сократили расходы и делаем упор на сервис, работу с постоянными клиентами и поиск новых источников трафика: больше вкладываемся в контекстную рекламу, изучаем площадки. Тестируем отечественные и азиатские материалы, подбираем аналоги европейским тканям, ставя акцент на качество. Мы не шьём трендовые изделия, а работаем в сфере медленной моды — создаём вещи, которые носятся годами.
Мы рассматриваем возможность переноса производства в Россию. Государство поддерживает импортозамещение, но для него нужен большой цикл работ, который в нашей сфере занимает порядка 4-6 месяцев. Ряд игроков премиального сегмента уходит с рынка — наступает время, когда можно будет вернуть большое количество целевой аудитории в ателье и расширить продуктовую линейку. Привлечь квалифицированные кадры, которые освободились на рынке, — ещё одна возможность, которую я вижу как предприниматель.
Юлия Ипатова-Карбиевская, бренд женской одежды USME
Изменения коснулись буквально каждого аспекта нашей деятельности. Ткани подорожали более чем на 40%, люди тревожатся о будущем и не очень готовы к активным покупкам. Отдельно отмечу 20% наших клиентов из-за границы: теперь они не могут оплачивать покупки.
Самое сложное сейчас — начать планировать что-то в новых условиях, потому что они меняются несколько раз в день. Нам пришлось снизить цены на изделия, которые сейчас в наличии, на 10%, чтобы иметь возможность отшить новую коллекцию. Она, к сожалению, уже будет продаваться существенно дороже.
В целом, у нас оптимистичный (или фаталистический) настрой. К отключению SWIFT и текущему курсу доллара невозможно было подготовиться, поэтому нет сожалений о том, что мы что-то не сделали или сделали неправильно. Будем работать над новыми площадками — скорее всего, развивать и Telegram, и «ВКонтакте».
Сейчас думаем над созданием новой линейки детской одежды. Это риск, потому что трудно предсказать, что будет с российской экономикой и сохранится ли покупательная способность. В то же время, это прекрасная возможность занять новую нишу. Самые большие трудности я вижу в доступности — непонятно, как решать вопросы цены с поставщиками, — и в постоянно меняющихся правилах игры. Зато это, конечно, отличный шанс решить для себя, можешь ли ты всё ещё что-то «предпринимать».
Ощущение тревоги не исчезает, но есть надежда, что мы всё же можем созидать.
Музыка
Андрей Клюкин, музыкальный фестиваль «Дикая мята»
Мне понадобилось время, чтобы осмыслить происходящее и принять решение, с которым будем двигаться дальше.
Фестиваль поддержало огромное количество человек: зрители, которые не сдали билеты, музыканты, которые согласились выступить за один символический рубль, партнёры, которые продолжают с нами работать. Мы не можем их подвести. Конечно, есть технические вопросы, которые нужно решать, неспокойствие, которое мы переживаем внутри, и изменения, которые в любом случае произойдут. Но мы верим, что хорошая музыка объединяет, становится опорой и несёт свет, который сейчас всем очень нужен, поэтому «Дикая мята-2022» состоится.
