История успеха: Михаил Моисеев, Программа : Дизайн мебели

В 27 лет кардинально сменить сферу деятельности — шаг, на который решится не каждый. Михаил Моисеев оставил стабильную карьеру в металлургии и проектном менеджменте ради своего давнего желания заниматься дизайном. Сегодня он — успешный дизайнер коллекционной мебели, участник ярмарок Blazar и Cosmoscow, резидент престижных арт-программ. О том, как одна поездка в Амстердам перевернула его представление о предметном дизайне, почему ремесло важнее теории — в нашем материале.

До Британки

До Британки я работал в металлургии и проектном менеджменте. Достиг там определенной планки: амбиций было много, а вот дальше по-настоящему расти было уже некуда. При этом ничем креативным я не занимался вообще — искусство и дизайн меня всегда интересовали, но я не позволял себе туда пойти. Казалось, что нужна именно офисная работа.

Как Аллан Джонс перевернул представление о дизайне

Свое свободное время я начал тратить на искусство: не пропускал ни одной выставки в Москве, много путешествовал, и первым делом на новом месте шел именно туда. Одна из них — в музее современного искусства в Амстердаме — стала поворотной. Там была работа Аллана Джонса «Table sculpture» — женщина, которая держит на себе столешницу — она-то и стерла в моем сознании границу между искусством и дизайном. Я увидел ее и понял: я все равно художник, просто мой медиум — дизайн.

В Европе я много видел подобного дизайна — того, что живет в галереях наравне с искусством. Он в буквальном смысле всегда был у меня перед глазами.

Почему дизайн, а не искусство

С живописью у меня не складывалось, я занимался керамикой, тафтингом, и никак не мог понять, как применить себя в искусстве. А когда осознал, что все это можно перевести в область дизайна, стало ясно, что весь прошлый опыт точно пригодится.

Дизайн показался мне более стабильной и прикладной сферой, чем искусство. Плюс здесь всегда есть шаг назад: если что-то не получится, можно уйти в производство и работать с мебелью напрямую.

Почему именно мебель

Дизайн мебели для многих — хобби, вторая работа, что-то для души. Мне это, наоборот, показалось преимуществом: конкуренция здесь не такая большая, как в других направлениях.

Мебель оказалась для меня идеальным компромиссом между прикладным, утилитарным и настоящим искусством. Искусство — это то, что висит на стенах музеев и галерей — и далеко не все туда доходят. А дизайном может пользоваться каждый. При этом для меня это безграничное поле для творчества: я могу сделать стул, на котором нельзя сидеть, и это все равно будет дизайн — но уже на стыке с искусством. Для меня эти два понятия неотделимы друг от друга.

Интерьерный дизайн меня не так вдохновлял, так как это все же больше коммерческая история. А широкий предметный дизайн казался слишком размытым: проектировать все подряд, от чайников до сложной бытовой техники. Мне хотелось сузить поле деятельности до чего-то одного, максимально конкретного.

Почему выбрал Британку

Обучений, которые давали бы такую подготовку, в Москве не так много — разве что бакалавриат в Строгановке или курсы вроде Skillbox. Изначально я хотел именно в Британку: многие друзья учились там и все ее рекомендовали.

Я не хотел, чтобы мне диктовали, как быть дизайнером, — мне были нужны инструменты, чтобы делать так, как чувствую я сам

Я хотел узнать весь процесс от и до. У меня есть свое видение, амбиции, и я хотел, чтобы все, что я делаю, было на 100% моим, чтобы я ни на кого не равнялся.

При выборе программы для меня было важно, что каждый предмет там четко объяснен: я сразу понимал, зачем он нужен, и складывалось чувство, что программа закрывает профессию целиком, без пробелов.

Британку я выбрал еще и за ее креативный вайб, творческую атмосферу. На собеседовании куратор Иван сразу сказал, что построил курс так, как дизайнеры работают на практике: весь путь от идеи до продажи. И сейчас я строю свою работу ровно по тому пути, которому нас учили на курсе. Большинство преподавателей также были практикующими дизайнерами — приятно до сих пор встречать их на выставках и в профессиональном инфополе.

Что дало обучение

Уже после поступления я узнал, что здесь можно заниматься в любых ресурсных центрах. Как творческий человек ты никогда не знаешь заранее, что именно тебе подойдет. Например, сейчас я делаю проект мебели из керамики, а несколько других моих проектов связаны с ткачеством. Если бы не школьные мастер-классы по ткачеству, этих проектов просто не было бы. В дизайне мебели ремесло очень важно, особенно если мы говорим о коллекционном сегменте.

Но самое важное, что дала мне учеба, — это 3D-моделирование. Я использую его каждый день, и самостоятельно освоить программу было бы намного сложнее. Сейчас это моя основная работа: если я говорю, что «работаю», это буквально значит, что я сижу и моделирую.

Я пришел на программу совсем без креативного бэкграунда. После курса могу уверенно сказать, что я дизайнер: я понимаю эту работу и умею ее делать

Проекты сегодня

Мне очень повезло: на защите диплома в Британке была продюсер Центра развития национальной культуры и ремесел ПОЛЕ — она меня заметила и после защиты взяла мой контакт. Теперь мы работаем в связке: она, по сути, мой продюсер, и это моя основная занятость.

В прошлом году я был участником ярмарки молодого современного искусства Blazar, в этом — Арт-резиденции Малахова. В этом году подтвердил участие Blazar и |catalog|. У меня уже есть реализованные работы, две из них вошли в шорт-лист конкурса «Придумано и сделано в России» и в ноябре будут выставляться в Всероссийском музее декоративно-прикладного искусства.

С чем приходится сталкиваться в работе

В работе постоянно приходится сталкиваться с производственными сложностями. Разные материалы — стекло, дерево, металл — делают разные люди. И все производство стоит очень дорого. При этом продать вещь нужно за какую-то реалистичную сумму, и часто ты остаешься почти ни с чем.

Задача дизайнера — найти способ произвести предмет так, чтобы это было не слишком сложно и укладывалось в разумные деньги. Об этом приходится думать постоянно.